Курсы котировок

доллар на черном рынке продают по такому курсу
banker.ua

Реформа от парламента и от Минфина: сравнение не в пользу последнего…

Дмитрий МИХАЙЛЕНКО, президент Ассоциации налоговых консультантов, руководитель налогового комитета Торгово-промышленной палаты Украины. Автор многочисленных публикаций по налоговому праву и оптимизации бизнес-процессов

 

Снижение ставки ЕСВ – главный акцент реформы Минфина по части налоговой либерализации – если и реформа, то уж точно не Минфина. Безусловное применение коэффициента 0,6 к ставке ЕСВ уже является частью законодательства и вступает в силу с 1 января  2016 года. Коэффициент 0,6 для большинства предприятий создаст ту самую ставку 20 %, потери от внедрения которой пытается возместить Минфин. В том числе путем перекладывания налогового бремени (так называемые компенсаторы), то есть путем увеличения ставки НДФЛ и налога на прибыль.

 Проект Южаниной[1] тоже предусматривает ставку ЕСВ 20%, но его можно рассматривать как отправной этап к дальнейшему уменьшению ставки ЕСВ, в идеале – до 10 %. Притом, что ставка НДФЛ – сразу 10 процентов. Почему?

 Прежде всего, давайте спросим у простого работника, готов ли он заплатить около 40 % налогов со своей зарплаты? То, что 20 % платит в бюджет работодатель, существенно роли не играет – все умеют считать деньги (и вычитать их, если «не сходится баланс»).

Мы допускаем, что среди работников найдется часть вполне ответственных лиц, которые ответят на этот вопрос утвердительно (остальные предпочтут либо проявить еще большую социальную активность и перейти в предпринимательство с налоговой нагрузкой 4 с небольшим процента сейчас и 6-8, может быть, завтра, либо попросту остаться в тени, получая зарплату в конвертах). Но логично предположить, что эти ответственные граждане зададут встречный вопрос: куда уходят наши деньги?

 Не секрет, что пенсии наших родителей, потерей которых угрожает Минфин, обвиняя нас в популизме, не являются адекватной компенсацией, которую должна давать пенсионная система в обмен на труд и отчисления в течение десятков лет занятости. Таким образом, их «дофинансирование» (то есть выполнение функций пенсионной системы) происходит без всякого участия государства. Рискнем предположить, что эти семейные трансферы в целом сопоставимы с теми минимальными суммами, которые может позволить (и боится завтра не смочь) наш бюджет.

 Следующий вопрос: а почему до родителей доходит так мало денег? Ведь пенсионная система – хотя и значительная, но только часть расходов государственного бюджета. На что наши деньги тратятся еще?  Это именно те вопросы, в которых не желает разбираться Минфин, заменяя их обвинениями в популизме. А секрет прост.

Сейчас один нормально работающий гражданин обеспечивает у нас троих. Двое – это его родители (напрямую или через налоги, причем не только через ЕСВ, поскольку госбюджет давно «дофинансирует» пенсионный фонд). А третий – это работник бюджетной сферы или чиновник, который обслуживает перераспределение экономических потоков. Причем его собственная зарплата слишком мала, чтобы он думал не столько о выполнении своих социальных обязанностей, сколько о создании дополнительных материальных благ для себя.

 Отсюда у нас неэффективные тендеры, застой в приватизации, неадвекватно высокие пенсии для некоторых пенсионеров (чиновники наколдовали), неадекватно большой массив недвижимости, который обслуживает, мягко выражаясь, архивы и тех, кто их стережет. Отсюда никудышняя система здравоохранения и образования, на которую деньги сдаем, а самим пользоваться – себя калечить.

 И вот представители этой системы считают, что сократить бюджетные расходы на 10 - 20% - невозможно. Каждый из нас может, а чиновники - нет! И речь даже не в их скромных зарплатах – при сокращении функций государства от них придется просто избавиться. Может быть, их стоит пожалеть? Ведь класс безработных чиновников – это большое социальное бремя, которое может привести к взрывоопасной обстановке. Но, такова уж острота момента, что если не избавиться от этих (допустим, экспортировать в Россию), то уедут те, кто кормит троих. Но - уже на запад, в сторону МВФ. И детей заберут – нечего им отвечать по кредитам МВФ, который набирали (и не только сейчас, а всегда) не они и не для них.

 Немного об МВФ как о гаранте стабильности и двигателе реформ. Можно воспринимать МВФ и прочих западных кредиторов как позитивный фактор. Но ни в коем случае – не как ключевой. У них всегда есть свои интересы и сценарии, и совпадают ли они с нашими – большой вопрос. То есть спорить и убеждать в правильности собственных решений – можно и нужно. А кто отказывается искать эти решения – мы попытались объяснить выше.

 Таким образом, налоговая реформа – это неотъемлемая часть общей стратегии борьбы с коррупцией. И если сейчас мы отложим вопрос о сокращении публичных финансов – то не сможем решить эту проблему уже никогда.

 Еще одна причина, почему можно и нужно снижать налоговую нагрузку для работников – это ликвидация разрыва с налогообложением предпринимателей, число которых давно превысило миллион человек и составляет приличный удельный вес в общей рабочей силе.

 Такие разрывы, доходящие сейчас до 50% эффективной налоговой нагрузки, помимо того, что создают несправедливую систему налогообложения, являются дополнительным фактором для тенезации налогов, в результате которых наша система налогообложения с ее высокими ставками существует только на бумаге. Кроме того, это еще и коррупциногенный фактор – кто то же должен закрывать глаза на существование разрывов?!

 Очевидно, что увеличить предпринимательский налог хотя бы до 20 % (ставки НДФЛ в концепции Минфина) – достаточно трудновыполнимая задача.

 Соответственно, эта задача может быть решена, только если налоги на заработную плату будут сведены к относительно небольшим ставкам, сравнимым с налогообложением предпринимателей. Чтобы переход из работников в СПД не было обусловлен только соображениями налоговой экономии.


[1] Об этом законопроекте см.: Михайленко Д. Почему нужно поддержать налоговую реформу в редакции парламентского комитета Южаниной // Бухгалтерия. – 2015. - № 43. – С.21 (прим. ред.).




Наши клиенты и партнеры

© 2016 INFORMATION AND ANALYTICS RESOURCE